Азербайджанские Женщины Ирана
Отказ от ответственности
Просмотры: 4617
Языки: 

Где-то в углу здания, я слышу крик «Caniva Azzar» (черт тебя возьми), пятилетний мальчишка сердито выкрикивает своему отцу. Поначалу я смутилась, услышав знакомое мне выражение. На мгновение я почувствовала себя дома в Азербайджане. Но это был зал ожидания  вылета в Тебриз, аэропорт Стамбула.

Поскольку Тебриз является сердцем региона, где основное население - азербайджанцы, большинство пассажиров этого рейса - «азербайджанские турки», по крайней мере, так они идентифицируют себя в Восточном Азербайджане, Иране.

В зале ожидания, почти никто из женщин не покрыт платком. Но как только самолет приземляется в аэропорту Тебриза, женщины вытаскивают из своих сумок платки и покрывают голову.

Женщины в Тебризе ежедневно бросают вызов стереотипам внутри и за пределами страны. Но не так, как западные средства массовой информации обычно изображают Иран - " женщины в черных чадрах не уважаются «обществом, где доминируют мужчины»" . Женщины в Иране активны и играют значительную роль в социальной и политической жизни.

Иранские Азербайджанцы - вторая по численности этническая группа в Иране, после персов. Тебриз, одна из исторических столиц страны и крупнейший экономический центр иранской провинции Южный Азербайджан. Это культурная столица иранских азербайджанцев, но от разных людей в Тебризе вы можете услышать, что Тебриз также является и "политической столицей" Ирана. Во время правления династии Пехлеви в Иране (1925-1979 гг.) Азербайджанским меньшинствам запрещалось использовать азербайджанский язык в образовании, это продолжается и сегодня, в Исламской Республике Иран. Азербайджанцев часто преследуют, даже казнят, за то, что они пытаются возродить свою идентичность, участвовать в мирных демонстрациях или распространять азербайджанскую культуру. Но все это не останавливает, а только подталкивает азербайджанских женщин к еще большей активности в своем регионе.

Двадцатидевятилетняя Назиля Джавадбейли, автор нескольких детских книг, и борец за использования азербайджанского языка в школах, где компактно проживают азербайджанцы. Джавадбейли содействовала в открытии библиотек в регионах, снабжая их книгами как на персидском, так и азербайджанском языках.

Джавадбейли в основном пишет на своем родном языке. Она говорит, что каждый ребенок имеет право читать книги на своем языке. Почти все ее книги опубликованы в Турции или Баку.

В Иране фундаментальные права женщин нарушаются законом; женщины не имеют права баллотироваться на пост президента, становится судьями, покидать страну без разрешения своего отца или мужа, или иметь равные права на наследство.

Быть активной азербайджанкой в  Иране вдвойне сложно. Женщины подвержены дискриминации не только из-за пола, но также и за свою этническую принадлежность. 

Автор семи книг и одна из первых активисток за права женщин писательниц Фаранак Фарид, 55, много лет занимается активной общественной деятельностью. Пять лет назад за участие в демонстрации против бездействия правительства, ничего не делающего для предотвращения высыхания озера Урмия, Фаранак Фарид провела около 45 дней в тюрьме.

«Они посадили меня за озеро Урмия, но этот арест не был связан только с моим участием в этой демонстрации, они знали о моей активности в отношении  родного языка и феминизма. Это было чисто азербайджанским движением », - вспоминает Фаранак, которая подверглась физическому насилию в тюрьме.

Фаранак - одна из первых феминисток в Тебризе, которая комплексно работает как с женскими вопросами , так и вопросами идентичности. По ее словам, централизация большая проблема в Иране, "активные женщины, которые переезжают в Тегеран, занимаются только правами женщин, и забывают об их этнической принадлежности и других проблемах."

«После исламской революции « возвращение к этничности » превратилось здесь в большое движение. Большинство женщин вовлечены в этнические проблемы или защищают права женщин. Они не могут делать и то, и другое комплексно», - говорит она.

По словам Джавадбейли, по сравнению с недавним прошлым, когда многие женщины были лишены образования, сегодня многие семьи хотят, чтобы их дочери учились и были активными.

"Здесь женщины более активны, чем мужчины, больше женщин-писателей. Исторически женщины в Тебризе были очень активны, и в настоящее время почти каждая женщина хочет получить высшее образование. Раньше все было наоборот », - говорит Джавадбейли.

Например, 23 летняя жена брата Джавадбейли вместе с другими шестью сестрами не получила образование.  Мать Джавадбейли, 64-летняя Зарифа Базми, родилась и выросла в деревне Пархаран, и не имеет даже начального образования.

«В то время девушкам было запрещено учиться. Я не понимаю и не говорю на персидском языке, но я хотела, чтобы мои дети получили образование », - говорит Зарифа Базми, мать 10 детей и бабушка 10 внуков. Зарифа замужем с 15 лет.

 

Проблема ранних браков в Иране до сих пор одна из самых больших, но это не мешает им быть активными членами общества.

Например, Адиле Тахмасиби. 61-летняя Адиле родилась и выросла в городе Эше. В возрасте 13 лет Адиле вышла замуж, и вместе с мужем занялась альпинизмом. Позже Тахмасиби начала организовывать походы для женщин, так в 1986 году она основала организацию для женщин-альпинистов в Тебризе. Со всех уголков страны женщины приезжали посещать самые высокие вершины Ирана.

"Вместе с 1200 женщинами со всей страны, мы поднимались в горы. Я хотела, чтоб у них повысилось чувство самоуверенности.  Я хотела, чтобы они поняли, что не только мужчины, но и женщины без мужчин могут стоять на ногах », - говорит Тахмасиби, чья деятельность включает в себя не только походы в горы, но и семинары для женщин, обучая их ремеслу с целью быть финансово независимыми.

Адиля одна из первых женщин в Тебризе, которая праздновала международный женский день, 8 марта, у себя дома. Приглашая других активных женщин, они читали вместе стихи, обсуждали права женщин и законы.  Должностные лица неоднократно пытались прекратить ее деятельность, когда узнали о тайных проведениях праздника дома, ее допрашивали и предупреждали остановиться.

«Я не хотела, чтобы у кого-то были проблемы, поэтому я решила прекратить праздновать у себя дома, но,  на следующий год я слышала, что в других домах женщины отмечают 8 Марта, » вспоминает она.

Чиновники даже пытались остановить ее походы в горы, когда узнали, что кто-то из женщин во время походов не покрыла голову платком; они запретили на девять месяцев заниматься альпинизмом.

Платок не ограничивает женщин играть значительную роль в их угнетенном обществе. Для некоторых женщин это достаточно символически, носят потому, что их заставляют носить, а для других - это часть их культуры, которая превратилась в повседневную привычку. Однако в обоих случаях покрывать голову косынкой не мешает женщинам делать то, что, по их мнению, они должны делать.

Мать Назиле, 64-летняя Зарифа Базми, даже дома среди женщин сидит в своей черной цветочной чадре . «Мне не комфортно без чадры. Даже когда я была в Баку, мой сын попросил меня снять, но я не смогла, потому что это превратилось в привычку », - вспоминает она.

Для дочери платок - часть культуры.

«Даже когда я выезжаю за пределы Ирана, я покрываю голову платком, так я выросла и это мой выбор, я чувствую себя комфортно. Для меня свобода находится в моих мыслях », - говорит она.

Но не для всех. Платок - определенно не личный выбор молодой писательницы и начинающего режиссера Лейлы Нуроози.

«За пределами Ирана я сразу же снимаю платок», - объясняет 27-летняя Нуроози , родом из города Ардебиль. «Я хочу сама решить для себя, носить или нет. Это не мой личный выбор. Я не буду утверждать, что это ограничивает меня в моей работе, вовсе нет, но подобные решения я должна принимать сама ».

Instagram, Наряду с социальной сетью Telegram, является одним из популярных  социальных сервисов в Иране, и у Лейли Нуроози много последователей.

Когда Лейли опубликовала свою фотографию без платка, подверглась  критике.

«Особенно женщины, женщины здесь очень критичны. Их реакция была негативной, они уверяли, что я выставляю себя на показ. Но почему я должна жертвовать своим выбором просто для того, чтобы мужчины не грешили, - говорит Лейла. - " Они утверждают, что мужчины будут смотреть на нас и поддаваться соблазну».

Я провела в Тебризе всего неделю, но покинула город с размышлениями о том, какой Иран все таки разный.

Международный аэропорт Тебриза. Полет Тебриз-Стамбул. Как только самолет взлетает, женщины снимают платки. Для многих это - свобода. 

Ференак Фарид, 55 лет. 

"За пределами Ирана я никогда не покрываю голову платком, поэтому вы можете фотографировать меня без него", - говорит Ференак Фарид, писатель - феминист. В 2008 году по всему Ирану активные женщины начали кампанию под названием «Миллион подписей за отмену дискриминационных законов». Автор трех книг Ференак Фарид, участвовала в этой кампании вместе с другими женщинами в Тебризе. Несмотря на то, что женщины подверглись давлению, эта кампания получила широкое международное признание.

Альпинист Адиле Тахмасиби, 61, родилась и выросла в городе Эше. В 13 лет Адиле вышла замуж, и вместе с мужем начала занималась альпинизмом. В 1986 году она основала организацию для женщин-альпинистов в Тебризе. Со всех уголков Ирана женщины приезжали покорять самые высокие вершины в Иране.

 

Мехри Джабериан - первая женщина не только в Тебризе, но и в Иране, которая изготавливает национальные музыкальные инструменты такие, как  саз, тар и тамбур. Мехри родилась в 1981 году в Тебризе и окончила  факультет психологии Табризского государственного университета. Мехри пробовала себя в разных направлениях: работала актрисой в местном театре, журналистом и фотографом. 

Она говорит, что люди с удивлением наблюдают, как она бегает за железом или деревом и производит инструменты, - это занятие они считают мужским. «Мой муж меня очень поддерживает, и для меня нет такого понятия, как "мужская или женская работа". Мы все равны," - говорит она.

«Культура не имеет национальности или языка. Я иранка, и это моя родина », - говорит Мехри.

Режиссер Лейла Нуроози.

«За пределами Ирана я сразу же снимаю платок», - объясняет 27-летняя Нуроози , родом из города Ардебиль. «Я хочу сама решить для себя, носить или нет. Это не мой личный выбор. Я не буду утверждать, что это ограничивает меня в моей работе, вовсе нет, но подобные решения я должна принимать сама ».

 37-летняя Мунур с 18-летнего возраста танцует и обучает азербайджанским танцам. По словам Мунур, около десяти лет назад на свадьбах никто не танцевал национальные танцы, но тенденция меняется.

«Я всегда думала, почему мы танцуем персидские танцы, а не свои; У каждой ведь нации есть свои танцы. Тогда на одной свадьбе я увидела человека, танцующего в азербайджанском стиле, и мне стало интересно. Я стала покупать кассеты и компакт-диски, привезенные из Баку, и училась по ним, а затем стала ходить на подпольные классы ».

«Я делаю это для своей нации, для своей земли и для своей радости. Я не вышла замуж, а если бы вышла, мне пришлось бы прекратить танцевать, потому что мой будущий муж, вероятно, не позволил бы мне заниматься танцами. Так я чувствую себя свободно ».

Она преподает танцы в Тебризе, и несколько раз в неделю выезжает за город в отдаленные деревни для обучения детей танцам. Мунур занимается этим тайно. «Они связывают азербайджанские танцы с политикой, они не хотят, чтобы мы распространяли азербайджанскую культуру», - говорит она. 

Салихпур - таксист в Тебризе. Ей 60 лет. В отличие от Баку, быть женщиной-таксистом - обычное дело, и вполне нормально воспринимается обществом в Тебризе. Она замужем и уже 13 лет водит такси.

«Каждый, кто приезжает из Турции или из Баку, удивляется, когда видит меня за рулем такси в Тебризе. Мой муж не водит машину, если ему нужно куда то поехать, я везу его," - говорит она.

 

День в Иране начинается с покупки хлеба - это уже такой своеобразный ритуал. Почти на каждой улице своя хлебопекарня. Женщины ждут горячий лаваш или свежеиспеченный традиционный хлеб.
Согласно закону, женщины должны сидеть только в задней части автобуса.
Чайхана
О нас
|
© Авторское право