Голоса больных туберкулезом
Отказ от ответственности
Просмотры: 3290
Языки: 

Они топчутся где-то посередине, взаимодействуют с обществом, но в тоже время держат дистанцию из-за тяжелой болезни, с которой приходится жить. Они — пациенты Туберкулезной больницы в Абастумани, хотя, опасаясь реакции людей, некоторым приходится это скрывать.

В Грузии большинство считают туберкулез бактериальной инфекцией, поражающей ткани организма. Пропагандисты общественного здравоохранения называют ее “тюремной болезнью” или результатом крайней нищеты. Всплеск смертельной болезни произошел после распада Советского Союза в 1991 году, когда вместе с вооруженным конфликтом рухнула экономика и государственное здравоохранение.

Уединенный дом царской эпохи курорта Абастумани (Фото: Нино)
Кролики в зеленом дворе при монастыре Абастумани, который находится в бывшей резиденции Романовых. (Фото: Кале Манткава)

С тех пор уровень заражения постепенно снижается, однако в Грузии по-прежнему фиксируют самый высокий уровень инфицирования в Европе (примерно 95,4 случая на 100 000 человек, по данным ВОЗ). Одной из самых сложных форм болезни является туберкулез с множественной лекарственной устойчивостью.

Десятки пациентов находят спасение в маленькой деревне Абустумани, в которой проживают всего 300 человек. Она находится в окружении возвышающихся гор, которые образуют относительно сухое и безветренное “убежище” для больных.

Примерно в трех с половиной часах езды к западу от грузинской столицы стоит Туберкулезная больница Абастумани. В Советском Союзе она зарекомендовала себя как одна из ведущих учреждений, уже 90 лет помогающее тяжелобольным обрести право на жизнь. 

Вид на реку Отцхе, которая связывает Туберкулезную больницу Абустамуни с остальной частью деревни (Фото: Нино)

В начале 1890-х годов великий князь Георгий Александрович, младший брат последнего правителя Российской империи Николая II, перебрался в резиденцию, где позже неподалеку была построена больница. Он надеялся, что субальпийские условия, климат и горячие источники помогут вылечить туберкулез. После этого, Абастумани стал известным, курортно-оздоровительным местом.

Здания романовской эпохи можно заметить по всему Абастумани. Атмосфера этих сооружений, застрявшая между прошлым и настоящим, по-видимому, очаровывает некоторых пациентов, которые на время лечения могут найти себя и насладиться жизнь, которую откладывали месяцами или годами.

Ветхое каменное здание, стены с отшелушивающейся краской и проваливающиеся ступени больницы на первый взгляд больше походят на тюрьму. «Наденьте маску» — это первое, с чем вас встречают у порога.

Внутри только 70 комнат из 200 находятся в надлежащем состоянии, согласно “Докторам без границ”. В целом на лечении находятся около 100 пациентов.

Единственное дерево среди зелени отражает состояние пациентов с туберкулезом в обществе. (Фото: Нино)

Несмотря на наличие современных лекарствам, пациентам все равно приходится нелегко. Согласно одному из руководств для больных туберкулезом, люди могут доходить до отчаяния, депрессии, чувства потери контроля и другим психологическим расстройствам. В изоляции они рискуют окончательно потерять чувство времени.

Опасаясь стигматизации, некоторые, даже после выздоровления скрывают, где они были.

Четыре пациента Туберкулезной больницы Абастумани с помощью фотографии попытались передать миру свои эмоции. В течение шести месяцев (средняя продолжительность лечения туберкулеза) через объективы смартфонов, камер Sony или Nikon они будут фиксировать особые для них местах в пределах больницы.

В Тбилиси в декабре этого года их работы будут представлены в рамках проекта “Мое маленькое окно”. Ниже мы представляем фотографии двоих пациентов.

Деревенская лошадь рядом с бывшей абастуманской резиденцией великого князя Георгия (Фото: Нино)
Пациенты часто собираются в тени этой абстрактной скульптуры возле Туберкулезной больницы. (Фото: Нино)
Пути к прошлому: новая дорожка монастыря Абастумани ведет к источнику с аркадой царской эпохи. (Фото: Кале Манткава)

21-летняя Нино отказалась назвать свою фамилию. Она безработная и находится в больнице уже семь месяцев. Она пытается понять тишину и что с собой несет одиночество. Что значит быть другим? Приводит ли это к изоляции? Через природу она пытается найти ответы.

Она в своих мыслях не одинока. Грузинский поэт XX века Ладо Асатиани сам болел туберкулезом и назвал струю от горячего источника возле больницы “голубыми глазами жизни”.

Темная почва источает жизнь у источника Михо. Уединенное место имеет для фотографа символическое значение. (Фото: Кале Манткава)
Церковная святыня стоит рядом с источником Михо — излюбленным местом одного из больных, который там умер. (Фото: Кале Манткава)

56-летний социальный работник Кале Манткава впервые оказался в больнице семь лет назад после двух неудачных лечебных процедур. Он вспоминает пациента, который также был очарован источником.

“Михо был очень слаб, но все равно постоянно туда ходил — это было его любимое место. Однажды мы нашли его мертвым около источника. Его тело больше не могло бороться с туберкулезом. Возвращаться в больницу было бесполезно”.

"Теперь мы его называем “Смертельным источником”, — добавляет Манткава, который после 30 лет борьбы с туберкулезом наконец-то чувствует себя лучше. 

Раньше сидя у пруда возле заброшенного ресторана возле Туберкулезной больницы можно было ловить форель. (Фото: Кале Манткава)
Тигровая лилия оставляет следы на балконе фотографа из Туберкулезной больницы Абастумани. (Фото: Нино)

Он отмечает, что в советское время, здесь, где в том числе был рыбный ресторан, кипела жизнь. Несмотря на свое новое название, источник остается местом встречи как для жителей деревни, так и для пациентов. По сути, он остается связующим звеном между двумя общинами.

Вопрос только в том, как можно увеличить эти связи. 

Чайхана
О нас
|
© Авторское право