Мое Тело Помнит Чернобыль
Отказ от ответственности
Просмотры: 1592
Языки: 

В 1986 году Эльдар Султанов работал в милиции в городе Гостомель, 35 км от Киева, Украина.

"Я сидел на диване и как обычно смотрел вечерние новости. Говорили о взрыве на атомной электростанции в Чернобыле. Город был охвачен пламенем."

35-летний офицер, не задумываясь, решил записаться добровольцем.

Взрыв в реакторной зоне четвертого блока атомной станции в Чернобыле, недалеко от границы с республикой Беларусь,который произошел в апреле 1986 года, привел к масштабным выбросам радиоактивных веществ в атмосферу. Взрыв в сердце Европы остаётся самым смертоносным в истории, который изменил жизнь миллионов людей навсегда.

В ликвидации последствий аварии на Чернобыльской АЭС принимали участие более 7000 граждан Азербайджана, из них до сегодняшнего дня дожили около 5000 человек.

“Я устроился в милицию в Баку в 1972 году, но через два года меня отправили в Украину, поэтому к моменту катастрофы я уже жил и работал там 12 лет. Поэтому если бы я не пошёл туда, если бы я не стал помогать и поддерживать её в тяжёлые времена – это было бы несправедливо и нечестно с моей стороны.”

Султанов, как и все остальные добровольцы, не знал с какой опасностью ему придется столкнуться и какие последствия его ожидают.

«Мы подписали контракт, который перекладывал всю ответственность последствий на нас самих. Подписывая, ты не знал ничего ни о дозах излучения, ни о мерах безопасности. Бывали задания, которые мы были обязаны выполнять за считанные секунды и не было шансов отказываться или предъявлять недовольство.»

По словам Султанова, некоторые догадывались о каких-то последствиях, но вслух об этом не упоминалось, а для очищения от радиации в военных частях никаких условий не было.

“Нам говорили менять одежду каждый день и после задания принять холодный душ, но Не все могли это терпеть и после холодной воды они бегали сразу под тёплый душ. А это лишь вредит здоровью. Еда была очень калорийной, а воду пили только из специальный бутылок, Однажды открытую бутылку использовать во второй раз было категорически запрещено. »

Нет точных данных о размере и масштабах воздействия радиации на здоровье работников очистных сооружений. Однако даже низкие дозы радиации увеличили риски заболевания лейкемией, раком крови.

Согласно данным Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ), в течении года после аварии около 350 000 работников или «ликвидаторов», из штата электростанций, армии, местной полиции и пожарных бригад первоначально участвовали в очистке радиоактивного мусора  ».

Более того,« Около 240 000 ликвидаторов получили самые высокие дозы облучения при проведении основных мероприятий по смягчению 30-километровой зоны вокруг реактора », - говорится в отчете ВОЗ за  2006 год. « Позже число зарегистрированных ликвидаторов возросло до 600 000. Хотя лишь небольшая часть из них подверглась воздействию высокой уровни радиации ».

В 1987-ом году молодой доброволец был вывезен из зоны Чернобыля в полу парализованном состоянии и пять месяцев лежал в госпитале Киева, специализированном на лечении радиационных болезней. Друзья и родные Султанова к тому времени уже потеряли все надежды на то, что он поправится.

«Я ходил держась за стену, потерял зрение и прожил так три месяца. Потом тихо-тихо моё состояние начало улучшаться. Никто не верил, что из меня получится нормальный «человек»», рассказывает он смеясь.

«Внешне я создаю впечатление обычного, здорового человека. Но люди даже не представляют с какими сложностями я сталкиваюсь, элементарно, чтобы уснуть. Кровать моя необычная, пол ночи я засыпаю полусидя, прислонившись к специальной мягкой спинке.»

После катастрофы власти Советского Союза не учитывали международные требования раскрыть масштабы взрыва и его последствий. Вся информация о взрыве была засекречена, многие чернобыльцы не могли получить статус инвалида.  Врачи отказывались подтверждать, что их болезни – это результат радиации.

В период, когда Султанов лежал в больнице, его убеждали в том, что радиация на него не повлияла, и весь этот недуг у него врождённый.

«На тот момент нам приходилось молчать, ибо тех, кто говорил об облучении и требовал «права» могли запросто отправить в психбольницу, надев на него смирительную рубашку,” рассказывает он полушёпотом. «Я считаю, что это очень серьёзное преступление, элементарно, по отношению к своему народу», негодует Султанов.

Тем не менее, после приезда, Эльдар обратился в Министерство Украинской ССР и предъявил им свои требования. В 1987-ом году Султанов стал одним из нескольких участников из Азербайджана, который добился постановки правильного диагноза и получения официального статуса инвалида Чернобыля.

«К тому времени мне выделили очень хорошую пенсию в размере 800 манат, когда обычным пенсионерам выдавалось 150 манат. Тогда хлеб стоил 0,30 копеек, представьте, сколько хлеба можно было бы купить на эту сумму?! А после распада СССР пенсия потихоньку начала уменьшаться…»

В последние месяцы СССР появилась активность в Азербайджане. В четвертую годовщину, в 1990 году, бывшие добровольцы основали «Союз инвалидов Чернобыля Азербайджана». С тех пор Султанов является заместителем председателя ассоциации. Три года спустя профсоюз настаивал на том, чтобы парламент молодой независимой Азербайджанской Республики одобрил законопроект о защите прав ликвидаторов Азербайджана. Так, в 1993-м году был принят Закон «О статусе и социальной защите граждан, принимавших участие в ликвидации Чернобыльской трагедии и пострадавших от этой катастрофы»,  который устанавливал специальные компенсации и льготы, в том числе конкретные положения о медицинской помощи и доступе к медицине.

«Это был один из первых законов, принятых Гейдаром Алиевым, когда он пришел к власти», - объясняет Султанов.

«Мы были приятно удивлены и довольны. Закон был слегка изменен, по сравнению с первоначальным планом, но базовая защита осталась прежней ».

Тем не менее, бывший ликвидатор жалуется на некоторые недочеты в законе «О профилактике инвалидности, реабилитации и социальной защите инвалидов». Согласно 14-1 статье данного закона, инвалиды имеют право пользоваться бесплатным квалифицированным медицинским обслуживанием в государственных медицинских учреждениях за счет бюджетных средств, покупать в аптеках лекарства на льготных условиях, а равно первоочередно обеспечиваться санаторно-курортным лечением. «Этот процесс настолько длительный и утомительный, что я предпочитаю покупать их в аптеке на свои деньги, чем проходит всю эту процедуру», сетует он.

Несмотря на то, что после известной катастрофы прошло 30 лет, до сих пор в Азербайджане нет комиссии и специалистов, которые могли бы проверять детей, рожденных в семье ликвидаторов. «Лично мне очень повезло, что сегодня я отец троих детей и даже недавно стал дедушкой. Ни один ребёнок у меня не болен. Но это ничуть не снижает потребность специалистов в стране на сегодняшний день», говорит Султанов.
В кабинете министров Азербайджана уже несколько лет обсуждается план построения большого реабилитационного центра для участников ликвидации последствий аварии на Чернобыльской АЭС.

Султанов часто задумывается о том, стоило ли ему жертвовать здоровьем ради всего этого. «Никто даже не задумывается, что  жертвуя своим здоровьем, мы сыграли незаменимую роль в спасении большей части мира. Думая сегодняшним мировоззрением, я бы, наверное, не пошел на это. Случись подобное в Азербайджане, то да – тут бы я даже и не задумывался бы.»

Отец двух сыновей занимается управлением Союза Инвалидов Чернобыля Азербайджана, а свободное от дел время любит проводить за чтением книг.

Ликвидаторы из Азербайджана в зависимости от группы инвалидности получают пенсию равную в среднем 400 AZN ($225). Помимо этого, по данным официальной статистики на 2016-й год 2841 человек получают президентскую стипендию, средняя сумма на человека , которая составляет 129 AZN (80$).

Для многих этого недостаточно, однако Султанов не жалуется.

«Критика критикой, но не стоит забывать и о положительных шагах правительства по отношению к нам. Сегодня я получаю 550 AZN (300 $) пенсии и мне пока что, кое как этого достаточно», говорит Султанов.

Его детское увлечение нардами во взрослой жизни стало его хобби и тоже было причислено к его списку успехов. В различных национальных чемпионатах он удостаивался первых мест.

Служение в Чернобыле оставило действительно глубокий след в судьбе и памяти ликвидаторов, но по сей день Эльдар не считает себя несчастным, а напротив гордится, что прожил свою жизнь не зря.

Чайхана
О нас
|
© Авторское право