Паства по обе стороны границы
Отказ от ответственности
Просмотры: 6276
Языки: 

Отец Исайя разговаривает тихо, скрестив перед собой руки на столе, его глаза смотрят на  вышитых на белой хлопчатобумажной скатерти птиц и лошадей, эта скатерть озаряет комнату в его резиденции в монастыре Никози.

"Моя мама раньше вышивала шторы, скатерти и салфетки ласточками, птицами и цветами", - вспоминает 57-летний митрополит Никози и Цхинвали.

Визиты отца Исайи в Никози, деревню в Центральной Грузии, которая является частью его прихода, становятся все более редкими. Приход разделен на две части административной границей со спорным регионом Южной Осетии. Отец Исайя, чей чин  фактически приравнивается к чину епископа, обычно живет по другую сторону водораздела, в монастыре Ларгвиси в контролируемом Южной Осетией районе Ахалгори.

Путешествие длиной в 92 километра в  сторону Никози с каждым днем становится все более затруднительным.

Августовская война России с Грузией в 2008 году вынудила тысячи грузин бежать из Южной Осетии; по данным Amnesty International более трети переселенцев являются уроженцами Ахалгорского района, к которому был прикреплен отец Исайя. Для тех, кто остается в Ахалгори, свобода передвижения в деревни, контролируемые Грузией, сильно ограничена и зависит от решения фактических властей Южной Осетии.

"Для пересечения границы необходим пропуск, который выдается администрацией в Цхинвали. Он действует от трех до шести месяцев”, - объясняет митрополит.

Российский контрольно-пропускной пункт находится в 500 метрах от конца Никози и Цхинвали, главного города Южной Осетии, он хорошо виден с крыши резиденции епископа, которая расположена в монастыре. Но, к сожалению, территориальная близость  мало что решает.  

” Иногда для утверждения нового пропуска могут потребоваться месяцы", - добавляет отец Исайя.

В течение двух лет и семи месяцев отец Исайя не мог покинуть Ахалгори, потому что у него не было пропуска. Последний раз власти в Цхинвали разрешили ему пересечь контролируемую Грузией территорию в середине 2015 года. Это не совсем та миссия, о которой отец Исайя мечтал будучи еще молодым священником, но, так или иначе, его деятельность в рамках Грузинской Православной Церкви всегда была связана с территориальными конфликтами.


 


Родился Зураб Чантурия в Цааленджихе, городе в Западной Грузии; когда в 1992 году началась война за контроль Тбилиси над Абхазией, он служил при приходе именно там. Ужасы и тяготы гражданской войны, свидетелем которых он невольно стал, спасаясь бегством из центрального города Абхазии Сухуми, оказали огромное влияние на всю его жизнь.   

Он принял обет в Марткопи, в нескольких километрах от Тбилиси, где местный монастырь был превращен во временное пристанище для  тех, кто прежде служил в приходах Грузинской Православной Церкви в Абхазии. Когда в ноябре 2000 года он был рукоположен в сан священника, его новым домом стал ржавый красный вагончик у Никозского монастыря.

“Монастырь был в плохом состоянии. Вагон-бытовка, заброшенный в саду, был фактически единственным имуществом, которое принадлежало епархии", - вспоминает он. “Это было единственное место для отдыха. После мессы мы подавали чай и читали книги внутри этого вагона.”

Год за годом, по кирпичику, монастырь возрождался, как и близлежащая деревня. После тяжелого старта на помощь пришла молодежь не только из Никози, но и из окрестных сел, вдохнув новую жизнь в эту общину вблизи охваченной конфликтом Южной Осетии. Отец Исайя также внес свою лепту. 

Бывший начинающий аниматор и студент отмеченного наградами грузинского режиссера Гела Канделаки построил анимационную студию для обучения молодежи анимации, чтению и искусству.

Когда в августе 2008 года началась война с Россией за Южную Осетию, деревня оказалась на передовой. Взрывчатка попала в резиденцию монастыря, всего отец Исайя насчитал 32 ракеты, которые упали на территории церкви. Однако никто не пострадал, и каким-то чудесным образом община еще больше сплотилась и стала сильнее.

"Войны не хотел никто, но теперь, когда мы ее пережили, я не могу представить иного пути. Во время войны мы все становимся родственниками. Мы были друзьями во время боевых действий, и, видимо, это оказалось очень важным для всех нас”, - объясняет он.

Монахини из Никози были отправлены в монастырь в Ахалгори, находившийся тогда под контролем Тбилиси. Отец Исайя говорит, что он остался в Никози вместе с недавно прибывшим священником, отцом Антонием Чакветадзе, “и смотрел на горящие дома.” 


 

 


Пламя оставило лишь пепел и от студии анимации. Но как только жизнь вернулась в деревню после соглашения о прекращении огня в 2008 году, отец Исайя настоял на том, чтобы ее восстановили. Иностранные спонсоры предоставили столь необходимую для закупки оборудования финансовую помощь, а община обеспечила  процесс восстановления трудовыми ресурсами.

В двухэтажном здании сейчас проживают около 150 детей, которые, помимо кино, анимации и компьютерной графики, занимаются ремеслами, лепят керамику, изучают живопись, музыку и английский язык.

Школа играет главную роль в органицазии кинофестиваля в Никози, ежегодном мероприятии, которое инициировал в том числе и отец Исайя; профессионалы мира кино-анимации из разных стран съезжаются сюда, в приграничную деревню. 

Вдохновение пришло, в частности, после визита отца Исайи в православную семинарию на Аляске, рассказывает он. "На Аляске я увидел местных жителей, танцующих и играющих музыку. Я подумал, что в нашей культурной программе тоже должно быть  что-то подобное." В результате, на первый анимационный фестиваль Никози в 2010 году с Аляски приехал 41 человек.

Но отец Исайя по-прежнему не может пригласить на фестиваль своих прихожан, живущих по ту стороны границы, существующей де-факто.


 

 

Чайхана
О нас
|
© Авторское право