Страх преследует перемещенные семьи

Автор: Гулар Мехдизаде , Елнур Мухтар , Тагуи Матевосян


Для семей по обе стороны карабахского конфликта празднование Нового года стало постоянным напоминанием об их потерянных домах. 

Спустя тридцать один год после начала конфликта тысячи семей, которые были перемещены, пытаются наладить свою жизнь. Но независимо от того, где они оказались, их объединяет одно: они боятся, что могут снова потерять все, что у них есть. 

Азербайджанские семьи были перемещены из Карабаха и семи прилегающих к нему районов, которые больше не находятся под контролем азербайджанского правительства. 

В то время как правительство Азербайджана переселило некоторые семьи, многие  остаются в подвешенном состоянии, живя в условиях антисанитарии в небезопасных для жизни убежищах, таких как машиностроительный завод имени Буняда Сардарова в столице Баку. 

Здание совсем непригодно для жизни. Мыши, крысы и ящерицы проникают в свои импровизированные норы через дыры в полу; дождь льется через прорехи в крыше. 

Семнадцать семей живут в этом здании уже 18 лет. Это выходцы из Зангилана (Ковсакан), Калбаджара (Карвачар) и Агдама (Акна), деревень, которые сейчас находятся под контролем армянской армии. 

Хотя здание в какой-то степени обеспечивает базовое укрытие, оно не смогло заменить дома, которые они потеряли. 

57-летняя Альбина Мамедова вспоминает, как встречала Новый год в своем доме в Калбаджаре, примерно в 447 км от своего импровизированного жилища в Баку. Она говорит, что в деревне ее семья покупала настоящую елку и сажала ее в ведро на праздник. "Мы украшали ее ватой, как будто снегом. И вешали несколько стеклянных игрушек, - говорит Альбина. 

"В канун Нового года родственники собирались, ужинали, пили и играли в лото. Это были прекрасные времена. А теперь что здесь украсишь? Когда у вас нет дома, то и праздника тоже нет, - говорит Альбина. 

“Без дома есть только ощущение неприкаянности, горе и печаль. Теперь ни у кого из нас не бывает праздничного настроения.” 

Примерно в 500 км отсюда, в карабахском селе Кюратах (Дудукчу), 60-летняя Арина Аракелян также испытывает ностальгию по дому, который она была вынуждена покинуть. 

Арина и ее близкие были в числе армянских семей, вынужденных переселиться во время конфликта.  

Она приехала в Баку в качестве невесты. Тринадцать лет спустя, в феврале 1989 года, вместе с мужем и тремя детьми бежала из города. Арина взяла с собой всего несколько вещей - пару ложек и чашек, которые напоминают ей о прежней жизни. 

Каждый день Арина думает о том, что оставила там, позади, вспоминая свой сад, соседей и прежнюю жизнь. И сегодня она и ее семья стараются сохранить что-то из своих старых традиций, готовя азербайджанские блюда, такие как печенье шекербура. 

"Даже сейчас я не хочу вспоминать, через что мы прошли, я просто закрываю глаза, чтобы вспомнить наши счастливые дни в Баку", - говорит Арина. 

 “Когда началось Карабахское движение, мы не знали, что оно получит такое трагическое развитие и продолжится до сегодняшнего дня. Я потеряла много друзей в Баку, коллег, соседей, свой дом”, - говорит она. 

Ее муж погиб, сражаясь на войне, и семье было трудно приспособиться к сельской жизни. Их деревня невелика и временами здесь случается дефицит питьевой воды. Отопление в помещениях отсутствует. Семья занимается  пчеловодством, чтобы пополнить свой доход. 

"Я боюсь за будущее внуков, детей и за молодое поколение, я боюсь потерять все во второй раз. Во время войны мы потеряли все, ради чего работали, что создавалось годами. Это нелегко - потерять самых близких людей, а потом пытаться продолжать жить обычной жизнью", - говорит Арина. 

Еще один житель села, 69-летний Эдик Гаспатян, переехал в Баку, когда ему было 16 лет. Он уехал 22 года спустя, в ноябре 1988 года. 

После войны он построил дом и нашел работу. Но вскоре обнаружил, что каждый шаг к новой жизни сопровождается все более глубоким чувством страха. 

“Во время войны я не испытывал страха, он просто куда-то исчез. Но потом он начал давать о себе знать, мало-помалу. Потерять все во второй раз.. я не хочу даже об этом думать", - говорит он. 

62-летняя Аджабназ Мамедова говорит, что страх и неуверенность также заполнили ее жизнь с тех пор, как она покинула свой дом в деревне Калбаджар в 1993 году. 

Когда она услышала, что бой приближается, она схватила своих детей и бежала. Только пройдя некоторое расстояние, она поняла, что стоит босиком, и ноги у нее замерзли. На эмоциях она даже забыла надеть туфли. 

Аджабназ рассказывает, что война отняла у них Родину, дома, близких и здоровье, оставив огромную дыру в груди. Со временем эта дыра заполнилась страхом, неуверенностью и тревогой. Прежде всего, это страх, что они так и останутся бездомными. Семья уже потеряла два дома: свой родной дом, из-за войны, и новый дом, который они сначала нашли в Баку. 

"Сперва мы жили в пустом доме в Баку. Нам сказали, что у дома нет хозяина. Но потом хозяин приехал из России и выгнал нас", - рассказывает она. 

- А потом мы переехали сюда. Сейчас это дом продан. Все здесь было разнесено новыми владельцами, и здание теперь неустойчиво.  Либо нас выживут, либо здание рухнет прямо на нас. Мы больны от беспокойства."  


Открытка с поздравлениями по случаю свадьбы Арины. Она получила ее, будучи ещё молодой невестой.

Деревня Куратах с населением 340 человек. Большинство местных жителей работают фермерами или разводят скот.

Внук Арины, тринадцатилетний Алик, был назван в честь своего дедушки.

Эдик со своими внуками. Ему пришлось заново строить свою жизнь с нуля после того, как он бежал из Баку в 1988 году.

В прошлом – предприятие по производству оружия и тяжёлого машиностроения, завод имени Сардара Буньядова сейчас служит убежищем для внутренне перемещённых лиц из Карабаха

Прошлой зимой, крыша дома Альбины Маммадовой провалилась. Теперь, когда идёт дождь, вода попадает прямо в помещение.

Альбина Маммадова говорит, что у ее единственного ребенка нет даже основных удобств, таких как место для занятий.

«Сегодня мы провели день, гоняясь за мышами», говорит Альбина Маммадова, указывая на дырки в полу.

Аджабназ Мамедова тревожится о том, как бы не остаться без дома в третий раз. Когда она вспоминает обо всем, что произошло, она боится, что это может повториться снова.

Хотя помещение, которое они используют как квартиру, и не является пригодным в качестве жилища, это лучше, чем ничего – утверждает 62-летняя Аджабназ Мамедова.

выпуск

Страх

пожертвование

главное
Chai-khana Survay